Г. Э. Лессинг — Эвальду фон Клейсту

Как написано

Liebster Freund,

Morgen geht das Bataillon Garde von hier weg; nach Breßlau, wie man

sagt. Das ist die einzige Neuigkeit, die ich Ihnen von hier melden kan. Oder

wollen Sie noch etwas neues von Gottscheden wißen? Er wird mit dem Be-

fehlshaber unsers Kleists immer bekannter, immer vertrauter. Er hat wieder fran-

zösische Verse gemacht, nebst[?] einer goldenen Tabatiere und einem Ringe.

Er macht gar kein Geheimniß daraus; er ist vielmehr so stolz darauf,

daß er die ganze Unterredung, die er hier mit dem Könige gehabt hat, in

sein Neuestes einrücken laßen. Gott wolle nicht, daß unser Kleist

seinen Patriotismum auch so weit treibt, daß ihm[?] Gottsched durch diese

Bekanntschaft erträglicher[?] wird! Jetzt ist es vielmehr die rechte Zeit, neue

und blutigere Satyren wider ihn zu machen, als man noch je gemacht hat. Und

wenn wir damit zaudern, so wird er uns selbst zuvorkommen. Denn es ist

ganz gewiß, daß er wieder eine neue Aesthetik in einer Nuß drucken

läßt. Ihre neuen Gedichte werden ihm gleich noch zur rechten Zeit gekommen seyn.

Und wenn ich doch nur auch unterdeßen etwas geschrieben hätte, das ich ihm[?]

etwa vorlesen[?] würde! —

Leben Sie wohl, theuerster, liebster Freund und kommen Sie ja bald wie-

der. Ich bin Zeit Lebens

ganz der Ihrige

Leipzig

den 14 März 1758.

Leßing.

Перевод · Английский

Дражайший друг,

Завтра батальон гвардии уходит отсюда; в Бреслау, как говорят. Это единственная новость, которую я могу Вам сообщить отсюда. Или хотите узнать ещё что-нибудь новое о Готтшеде? Он всё более знакомится, всё более сближается с начальником нашего Клейста. Он снова сочинил французские стихи, вместе[?] с золотой табакеркой и перстнем. Он вовсе не делает из этого тайны; напротив, он так горд этим, что велел поместить весь разговор, который имел здесь с королём, в своё Новейшее. Не дай Бог, чтобы наш Клейст свой патриотизм тоже заводил так далеко, чтобы ему[?] Готтшед через это знакомство становился более терпимым[?]! Теперь, напротив, самое подходящее время писать против него новые и более кровавые сатиры, чем когда-либо писали. И если мы будем медлить, он сам нас опередит. Ибо совершенно точно, что он снова велит напечатать новую Эстетику в ореховой скорлупе. Ваши новые стихотворения придутся ему, пожалуй, как раз вовремя. А если бы я хоть тем временем написал что-нибудь, что я мог бы ему[?] например прочитать[?] вслух! —

Будьте здоровы, дражайший, любезнейший друг, и непременно приезжайте скорее обратно. Я до конца жизни весь Ваш

Лейпциг

14 марта 1758.

Лессинг.